Игорь Волк: Первое желание было – уничтожить людей, чтобы ожила планета.

Интервью c Героем Советского Союза Игорем Волком.
13 апреля 2009

Взаимоотношения Космоса и Харьковщины довольно непростые. В советское время было строжайше запрещено вспоминать о нашем земляке Валентине Бондаренко – первом погибшем в мире космонавте, чья трагическая смерть наступила за 19 дней до полета Юрия Гагарина. На орбитальных станциях в разные годы побывало множество людей, тесно связанных с нашим краем.

Биографическая справка.

Игорь Петрович Волк. Родился 12 апреля 1937 года в Змиеве. Герой Советского Союза. Заслуженный летчик-испытатель СССР. Первым в мире выполнил фигуру высшего пилотажа «кобра». С 17 по 29 июля 1984 года совершил космический полет в качестве космонавта-исследователя корабля «Союз Т-12» вместе с Владимиром Джанибековым и Светланой Савицкой. С 1989 года И. Волк – член исполкома «Движения зеленых». До 2005 года был председателем исполкома Федерации космонавтики России.

Многие из них, как, например, уроженец Змиева летчик-космонавт Игорь Волк, не были на родине четверть столетия. На днях Игорь Петрович специально приехал из Москвы, чтобы проведать своих земляков. Воспользовавшись случаем, мы задали известному космонавту несколько вопросов.

– Что сегодня для вас, жителя российской столицы, значит Змиевщина?

– Я на этой земле родился, но так получилось, что прожил здесь недолго. Всего несколько месяцев, когда заканчивал 8 класс и начало следующего учебного года. Если бы я не уехал и остался в Змиеве, то у меня была бы совершенно другая, возможно, лучшая, жизнь. Говорю так потому, что столько тепла, сколько мне тогда здесь дали, я не получил за всю свою жизнь. Сейчас, когда я снова приехал на Слобожанщину, дети в родной школе меня едва не довели до слез. Все-таки, что ни говори, а встреча с родиной всегда огромное счастье.

– Бытует мнение, что все мальчишки в ваше время мечтали стать космонавтами. Вы тоже?

– Никогда в жизни об этом не мечтал. Когда я был ребенком, о космосе вообще не могло быть и речи, поскольку я родился 12 апреля 1937 года. Честно признаюсь, я даже не собирался быть летчиком, не говоря уже о том, чтобы стать космонавтом. Летчиком стал, потому что в свое время к нам пришли в школу и пригласили самых смелых в клуб. Многие испытаний не выдержали, а я остался. Точно так же произошло и с космонавтикой. Я научился сажать все самолеты без двигателя, а когда пришло время многоразовых космических систем, то такого ненормального, который бы без двигателя сажал самолеты, видимо, отыскать было сложно, поэтому меня и назначили в группу специальной подготовки по программе «Буран».

Вообще же я думаю, что 90% тех, кто говорит, что мечтали кем-то стать, врут. Людей, с детства закладывающих в себе определенные профессиональные навыки, единицы. Мы становимся кем-то потому, что так складываются обстоятельства. Я никогда не жалел, что судьба сделала меня летчиком-космонавтом. Это стало смыслом моей жизни. Поэтому, когда меня спрашивают, поменял бы я профессию космонавта на что-то другое, всегда отвечаю отрицательно. Столько радости, сколько дает полет, я никогда не испытывал. Полетел бы я сейчас в космос? Безусловно, но это никогда не являлось для меня главным в жизни.

– По вашему ощущению, сейчас дети хотят быть космонавтами?

– Думаю, нет. Не знаю, как у вас в Украине, а у нас, по-моему, дети даже не знают, что первым в космос полетел Юрий Гагарин.

– А в космосе вы вспоминали о Змиевщине?

– Нет. Вообще, если кто-то вам говорит, что думал о родине – не верьте. Это неправда. Признаюсь, у меня в космосе первым желанием было уничтожить людей, чтобы ожила планета. Да-да, не удивляйтесь. Потому что столько гадостей Земле могут сделать только люди. Если бы можно было не отрываться от иллюминатора, то десять суток я провел бы только у него, любуясь красотами. Но здесь есть и другая сторона медали – ты отчетливо видишь, сколько плохого наделал человек, и это меня очень огорчало. Именно поэтому уже много лет я являюсь активным борцом за экологию.

– Вы летали в космос вместе со Светланой Савицкой. Что вы думаете по поводу пребывания женщин на орбите?

– У меня две дочки. Когда я слетал в космос, меня часто спрашивали, послал бы я их туда? Признаюсь, я вообще противник того, чтобы женщины летали в космос. Потому что даже сейчас на Международной космической станции условия существования женщин на орбите не созданы, а в те годы их не было и подавно. Женщина имеет права лететь в космос, если по проблеме, которой она занимается, не нашлось ни одного умного, толкового мужчины.

– Какой самый курьезный случай произошел с вами в космосе?

– Надо подумать (долгая пауза – авт.) В принципе, курьезов не было. Просто, когда в первый раз попадаешь в невесомость, не знаю как у других, но у меня первым желанием было стать головой к потолку. Но сделать это непросто, потому что начинаешь кувыркаться, и тебя сильно подташнивает. У кого вестибулярный аппарат не идеальный, он космоса не видит, забивается в угол и делает свою работу. Поэтому, когда я проснулся после первой ночи, то сам себе сказал, да какая мне разница, где пол, а где потолок, после чего полет стал прекрасным десятидневным отпуском за счет государства.

Владимир ЧИСТИЛИН.