Список форумов nptm.ru nptm.ru
Мария Карпинская приглашает на корабль "Странник"
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Перелет Москва - Чукотка с НПТМ. ВО ИМЯ НАРОДА. Часть 2

 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов nptm.ru -> Эксклюзив туризм с НПТМ
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Лилит
Site Admin


Зарегистрирован: 06.02.2008
Сообщения: 1164
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Пт Сен 20, 2013 3:50 pm    Заголовок сообщения: Перелет Москва - Чукотка с НПТМ. ВО ИМЯ НАРОДА. Часть 2 Ответить с цитатой

Книга называется, как и следующий раздел моей статьи о коряках:

ВО ИМЯ НАРОДА.


С ЧЕГО ВСЁ НАЧИНАЛОСЬ

Открытие Чукотки, которая в течение многих веков была «белым пятном» на географических картах, выпало на долю пер¬вых русских землепроходцев и мореходов.
Считается, что первым на Чукотку при¬шёл Семён Дежнёв, который в 1649 году со¬орудил острожек в 70 км ниже нынешнего села Марково.
Это был первый опорный пункт русских на Чукотке.
В XVIII и XIX в.в. на Чукотке неоднократ¬но бывали русские казаки, а также русские путешественники и мореплаватели, топогра¬фы и купцы, хотя до второй половины XVIII века неизвестно ни одной правительствен¬ной декларации, которая хоть как-то обо¬значала бы принадлежность этого региона к России, и до того времени Чукотка была не¬подвластна российской короне.
Лишь 11 октября 1779 Екатерина II объ¬явила своим Указом о «принятии чукоцкаго народа в своё подданство».
Первое же документальное оформле¬ние принятия подданства чукотским тойо¬ном (Амулятом Хергынтовым) состоялось в 1778 году.
Но с момента открытия и до конца XIX века огромная территория Чукотки по су¬ществу русской административной власти не имела.
Своего рода «декларацией» можно счи¬тать и появившиеся на Чукотке российские пограничные знаки (гербы).
Русская власть с середины XVIII века путём официального признания отдельных «родоначальников» тойонами и главными тойонами (из числа тех, кто изъявлял же¬лание принять подданство) предпринима¬ла усилия по созданию на Чукотке стабиль¬ных институтов власти, рассчитывая через них управлять чукотским обществом, что соответствовало общей проводимой по¬литике по интеграции сибирских народ¬ностей в российскую имперскую систему управления.
И всё же объявление в 1779 году чукчей и азиатских эскимосов поданными Россий¬ской империи являлось сугубо формаль¬ным актом.
Процесс присоединения Чукотки к Рос¬сии протекал очень долго и весьма непросто.
Огромнейшая и малолюдная территория Чукотки в течение долгих лет оставалась вне государственного управления.
Ближайшая власть в лице исправника на¬ходилась в местечке Гижигинской округи.
Чукотка для русских была «...пустынная и почти совсем неизвестная местность...» -о чём писал Приамурский генерал-губерна¬тор барон Корф управляющему морским ми¬нистерством вице-адмиралу Чихачёву.
Представители русской гражданской вла¬сти появлялись на Чукотке очень редко.
Вся эта большая территория «обитает-ся преимущественно инородческим племе¬нем - чукчами, которые до сих пор считают себя народом свободным и ясака русскому правительству не платят. С другой стороны, чукчи и другие инородцы уже давно ведут деятельную меновую торговлю почти ис¬ключительно с американцами, которые при¬обрели на них сильное влияние», - писал военный губернатор Приамурской области генерал-майор Унтербергер.
В системе Российской империи чукчи занимали особое по сравнению с другими «инородцами» положение.
В «Своде законов Российской империи» содержались особые статьи, относившиеся к народам «не вполне покорённым», к числу их относились и чукчи.
Статья 1254 гласила: «они управляются и судятся по собственным законам и обыча¬ям и русскому закону подлежат только при убийстве и грабеже, свершаемых на русской территории».
Статья 1256 указывала: «чукчи платят ясак, количеством и качеством какой сами пожелают».
Правда, в новом издании «Свода законов» в 1876 году эти статьи были исключены, но правительство во второй половине XIX века и в начале XX века остерегалось обострять отношения с чукчами и не пыталось завин¬чивать здесь налоговый пресс, как оно дела¬ло это в отношении других народов Севера.
Русская власть практически до самого на¬чала XX века не имела существенного влия¬ния на чукотское общество.
Тем не менее, хоть и формальная, декла¬рация 1779 года в рамках международно-правовых понятий того времени всё же давала России основание считать Чукотку своей территорией, обозначая её как тако¬вую на географических и административ¬ных картах.
В конце XIX века особенно сильное влияние на Чукотку приобрели американ¬цы, которые стремились экономически завоевать её.
Они вывозили оттуда пушнину, китовый ус, моржовый клык, оленей и собак.
После продажи Аляски США в 1867 году на Чукотском побережье начинается ин¬тенсивно развиваться хищническая добыча морзверя и китов.
В 1885 году берега Чукотского полуостро¬ва посетили 35 иностранных шхун, которые вывезли 120 тысяч фунтов (48 тыс. кг) мор¬жового клыка.
Так как при забое морзверя как попало употреблялось огнестрельное оружие, то бо¬лее 70 процентов подранков уходило в море, где и погибало, добывалось же не более 30 процентов раненых зверей.
С 60-х годов XIX века на Чукотку устреми¬лись одна за другой американские торговые компании Рейта, Броуна, Линдона, Рудсона, Томсона, Свенсона. На Чукотке возникли американские фактории.
Вслед за американцами здесь обоснова¬лись японская компания Нихон Мохи, ан¬глийские, норвежские и другие промышлен¬ники и торговцы.
Укрепление позиций американского ка¬питала на Чукотке грозило тем, что Рос¬сия вообще могла потерять этот богатей¬ший край, поэтому царское правительство стремилось распространить и укрепить на Чукотке своё влияние, обложить местное население налогом, получить в казну но¬вый доход.
В этой ситуации российскому прави¬тельству необходимо было демонстрировать полную и безусловную принад¬лежность коренного населения Чукотки к Российской империи.
В связи с этим, «высшим правительством было признано необходимым выделить се¬верную часть Гижигинской округи в само¬стоятельную единицу под названием Ана¬дырской округи».
Особенно варварски действовали амери¬канские предприниматели, которые, поль¬зуясь тем, что на Чукотке до 1889 года не было административной власти, чувствова¬ли себя полноправными хозяевами и в по¬гоне за моржовым клыком, китовым усом, пушниной беспощадно уничтожали тысяч¬ные стада животных, в корне подрывали экономику края, чем обрекали жителей на голод и вымирание.
С середины 50-х годов XIX века ежегодно до 250 американских судов убивали в водах Охотского и Берингова морей до 3-х тысяч китов, полностью уничтожали лежбища моржей, морских котиков.
Американцы не останавливались и пе¬ред прямым грабежом населения, отнимая у него единственное средство существова¬ния - оленей.
В 1829 году американцы, споив чукчей, вывезли на Аляску 1082 оленя.
14 апреля 1889 года генерал-губернатор Приамурья писал вновь назначенному на¬чальнику округи Л.Ф. Гриневецкому, что американцы «оказали пагубное влияние на чукчей, так как привозимые скорострель¬ные ружья способствовали истреблению морского зверя», «а это «грозит чукчам рано или поздно бедствием, тем более, что большая часть добычи обращалась преи¬мущественно на приобретение спиртных напитков».
Как писал Олсуфьев, «Анадырскую округу, относительно влияния нашей ад¬министративной деятельности, можно разделить на две части - западную, насе¬лённую оленеводами с торговым центром в Маркове, и восточную, обнимающую Чу¬котский полуостров.
В первой части прочно установилась экономическая связь с Гижигой; народное хозяйство, благодаря отсутствию ввоза водки, находится в удовлетворительном состоянии и вся деятельность админи¬страции может ограничиваться несколь¬кими мерами, которые легко могут быть достигнуты властью Гижигинского на¬чальника; сюда относятся - упорядочение общественного управления в Маркове, установление там ярмарки и привлечение соседних чукоч и ламутов к платежу ясака в Маркове, вместо Анюйской ярмарки, где инородец, благодаря существованию тай¬ной продажи водки, всё более приучается к последней.
Сознание принадлежности к русскому государству в населении западной части настолько прочно, что не требует постоян¬ной жизни окружного начальника в Мар¬кове или вообще на Анадыре, где не пред¬ставляется целей, которые не могли бы быть выполнены гижигинским начальни¬ком и без того ежегодно посещающим эту часть округи.
Совсем не то видим мы в крайней восточ¬ной части Анадырской округи.
Здесь деятельность китобоев почти со¬вершенно изгладила в чукчах понятие о принадлежности их к русскому государ¬ству; кроме того ввозом рома, распростра¬нением болезней, а главное истреблением жизненной потребности населения - мор¬жа, американцы грозят полным уничтоже¬нием этой части жителей.
Но этим далеко ещё не исчерпывается всё зло. Главная цель посещения американцами Берингова моря заключается в китоловстве.
...Общегосударственное значение этих богатств и доход, получаемый американца¬ми вывозом из наших морей продуктов ки¬толовства, поражает своими размерами...».
Как говорится, ни добавить, ни убавить.


АДМИНИСТРАТИВНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ РУССКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ Л.Ф. ГРИНЕВЕЦКОГО

Итак, ещё раз подчеркнём, что, несмотря на то, что Чукотка испокон века явля-тась неотъемлемой частью России, до 1889 года русской администрации на Чукотке не было, Чукотка входила в состав Гижигин-ской округи.
В связи с усилением американской экспан¬сии царское правительство стремилось как можно скорее распространить и укрепить своё влияние на территории всей Чукотки.
Царским правительством было признано необходимым выделить северную часть Ги-жипшской окрути в самостоятельную еди¬ницу под названием Анадырской округи.
Указом Государственного Совета от 9 июня 1888 года была образована Ана¬дырская округа площадью 458 477 кв. км с 10 тысячами местных жителей и с четырь¬мя поселениями в 200 человек.

Приамурский генерал-губернатор ба¬рон Корф приказом № 759 от 13 февраля 1889 года назначил начальником Анадыр¬ской округи врача военно-медицинского тправления Приамурского военного округа, надворного советника Леонида Францевича Гриневецкого, которому было поручено вы¬яснить возможность русского поселения в устье реки Анадырь и возможность устроить вареке Анадырь и на побережье Анадырско¬го залива русские фактории, пограничные посты и вытеснить американских коммер¬сантов с чукотской земли.
(Ранее Л.Ф. Гриневецкий принимал уча¬стие в полярной экспедиции на Новую Землю.
Он зарекомендовал себя как честнейший и порядочный человек с пытливым умом ис¬следователя. На Чукотку его влекла возмож¬ность изучить приспособляемость человече¬ского организма к суровому климату Севера и познать причины возникновения эпидеми¬ческих заболеваний у малых народностей).
В письме, определяющем цели и права управленческого аппарата новой округи, генерал-губернатор определял:
«...деятельность Ваша...на реке Анадыре должна, главным образом, заключаться, во-первых, в ознакомлении с краем в широком смысле и установлении добрых отношений с населяющими бассейн реки Анадыря ино¬родцами.
С этой целью поручается:
исследование Анадырского края в есте¬ственном, историческом отношении:
а) зоологическом;
б) ботаническом;
в) минералогическом и геогностическом; энтомологическом и др.
2. Ознакомиться с численностью, соста¬
вом, материальным положением, вероиспо¬
веданием, обычаями и санитарным состоя¬
нием населения края.
3. Собрать сведения для определения еже¬годного движения населения, т.е. ежегодный
прирост его и смертность и т.д...»
Гижигинскому окружному начальнику предписывалось оказывать Гриневецкому всяческое содействие при образовании Ана¬дырской округи.
Отъезд Гриневецкого со служебным пер¬соналом в устье реки Анадырь предполагал¬ся летом 1889 года на клипере «Разбойник».
Персонал Анадырской округи состо¬ял из канцелярского служителя, писца-переводчика и десяти казаков.
Унтербергер составил план экспедиции Гриневецкого и устройства русских на Чу¬котке:
«Вначале клипер «Разбойник» отправля¬ется в г. Петропавловск, где на него сядут казаки и две жены казаков с необходимым провиантом. После этого клипер отправ¬ляется в устье реки Анадыря, где в течение двух недель нужно решить - будет ли это ме¬сто местом первой оседлости или нет.
Если да, то необходимо как можно бы¬стрее устроить временные помещения как для жилья, так и для складов.
Если же устье р. Анадырь будет непригод¬ным для обоснования в нём, то клипер «Раз¬бойник» обязан доставить всех в Гижигу. За¬тем все отправляются в с. Марково по реке Анадырь. Там необходимо открыть Управле¬ние округи и оттуда предпринимать поездки для изучения края.
Устье р. Анадырь предусматривается местом обоснования потому, что оттуда легче добыть проводников и перевозочные средства.
Село Марково надо посетить обязатель¬но, так как оно назначено Государственным Советом местом резиденции Управления Анадырской округи...»
3 июня 1889 года клипер «Разбойник» от¬правился из Владивостока в устье реки Ана¬дырь, и в этом же году на южном берегу об¬ширного Анадырского лимана был основан Мариинский военный пост, который полу¬чил название Анадырь.
В Магаданском областном архиве в фонде «Начальника Анадырской округи» хранится предписание № 4203 от 14-17 апреля 1889 года военного губернатора генерал-майора Унтербергера начальнику Анадырской окру¬ги Гриневецкому «Об организации округи и первоочередных мероприятиях».
«Предписание» даёт возможность су¬дить о первом этапе установления русской административной гражданской власти на Чукотке.
«Предписание» определяет и отношение к местному населению, как необходимость «ласкового обращения», что позволит при¬влечь население на сторону русских.
Для привлечения чукчей на сторону рус¬ских рекомендовалось так же использовать "родовичей", то есть местную знать, которую за содействие русским «впоследствии можно
вознаградить подарками и медалями». Образование Анадырской округи открыло возможность более широкому проникновению русских на Чукотку. Сюда шли крестьяне, торговые и промышленные люди, основывались сёла, завязывались торговые, культурные и экономические связи коренного населения с русскими. С приходом русских на Чукотку было положено начало будущему экономическому и культурному развитию этого края.

АНАДЫРСКОЕ ОКРУЖНОЕ УПРАВЛЕНИЕ.
Н.Л. ГОНДАТТИ


Анадырское окружное управление охватывало территорию современного Анадырского, Чукотского, Провиденского, Иультинского и частично Билибинского районов. Весной 1889 года администрация округи обосновала свою резиденцию в селе Марково. В 1889 году Анадырская округа была выделена из Гижигинской, но ещё некоторое время была зависима от неё. В ту пору оно было центром Анадырской округи (позднее Анадырского или Чукотского уез¬да), созданной в 1889 году.
Здесь до 1891 года находилась резиден¬ция окружного начальства, православная церковь, построенная в 1862 году, и первая на Северо-Востоке официальная школа, от¬крытая 15 мая 1883 года на миссионерские средства.
В Маркове в то время насчитывалось 279 жителей. Это было самое большое селе¬ние на Крайнем Севере).
Одновременно было начато строитель¬ство центра округи. Место было определено на отлогой косе правого берега Анадырского лимана.
22 июня 1889 года закончилось строитель¬ство здания управления округи и на флаг¬штоке поднялся российский флаг.
Посёлок стал называться Ново-Мариин-ский пост.
Так было положено начало истории Ана¬дыря.
Место строительства посёлка было вы¬брано не случайно. На этом месте уже жили чукчи. Их поселение здесь относится к пер¬вому десятилетию XIX века. Они занимались добычей морзверя и промыслом рыбы.
Это место уже тогда имело чукотское на¬звание - Куватгыргин - что означает «начало образования узкого места».
В летнее время здесь собиралось много местных жителей.
Через устье Анадыря проходил водный путь на Марковскую ярмарку, куда ежегодно в августе приплывало до 50 байдар жителей северного побережья с лахтачьей шкурой, ремнями, моржовыми клыками и другими изделиями.
Кроме того, Ново-Мариинский пост кон¬тролировал вход к анадырским чукчам аме¬риканских торговцев, что ограничивало ап¬петит иностранцев.
После смерти Гриневецкого в 1891 году после скоротечной чахотки начальником Анадырской округи в 1895 году был назна чен Н.Л. Гондатти, установивший строгий контроль за торговлей в округе с тем, чтобы ещё больше привлечь коренное население на сторону русских и ослабить влияние амери¬канских торговцев.
До этого он исполнял обязанности учё¬ного секретаря Императорского русского географического общества Сибирского отделения.
(Впоследствии Н.Л. Гондатти за свои орга¬низаторские способности, великолепные на¬учные знания о Дальнем Востоке в целом, и о Чукотке, в частности, был назначен Сенатом губернатором Приморской области. Именно к этому времени Гондатти, один из всех севе-роведов, получил за собранную им большую этнографическую коллекцию на Чукотке вы¬сокую награду, которой награждались учё¬ные за большие открытия, - золотую медаль памяти академика Бэра.
Во время революционных событий на Дальнем Востоке Гондатти эмигрировал в Китай, где после его смерти вся его огром¬ная бесценная библиотека и архив были рас¬проданы старьевщикам на макулатуру).
В 1897 году, согласно данным первой переписи населения на Чукотке, в Ново-Мариинске было шесть дворов.
Население составляли 20 мужчин и 13 женщин, в том числе: чиновник, пять ка¬заков, одна женщина духовного происхо¬ждения и несколько оседлых чукчей.
Местные все жили в землянках с пристав¬ленными ярангами.
Жизнь на посту начиналась с момента освобождения лимана ото льда и заканчи¬валась в сентябре, когда почти всё населе¬ние перекочёвывало в Марково, так как село это было лучше приспособлено для жизни в зимнее время.
В Ново-Мариинский пост ежегодно при¬ходило военное или гражданское судно, до¬ставлявшее сюда продукты, почту, на его борту прибывала замена администрации.
С этими же судами прибывали товары для купцов сёл Марково и Еропол.
В Ново-Мариинске эти товары не оседа¬ли, так как русских торговцев здесь попросту не было.
Зато каждое лето не было отбоя от амери¬канских коммерсантов.
Посёлок рос очень медленно. Только в 1909 году в Ново-Мариинске открылась фактория «Северной компании», и лишь по¬сле этого здесь начали появляться и русские купцы из центра России, а некоторые пере¬селились из Марково, как посредники между русско-американскими торговцами и мест¬ным населением.
Девятью годами ранее, в 1900 году, была образована компания «Северо-Восточное
Сибирское общество», которая, правда, ни¬чего не разрабатывала в течение всех двенадцати лет своего существования.
В 1911 году была создана новая компания - «Анадырское золотопромышленное общество».
Летом того же года в устье реки Анадырь прибыла первая экспедиция на разведку и добычу золота в количестве 35 человек.
Экспедицией заправляли чиновники из Пе¬тербурга Корзухин, Кованько, Вальцов и др.
В 1911 году в Ново-Мариинске была установлена радиостанция, что ограничило сфе¬ру деятельности контрабандных шхун аме¬риканцев и японцев.
И всё же побережье Чукотки от Залива Креста до Чаунской губы всё ещё остава¬лось недосягаемым для русской админи¬страции, и там продолжали хозяйничать иностранцы, занимавшиеся торговлей и поисками золота.
Поэтому в 1906 году на Чукотке был учреждён горнополицейский надзор. Возглавил его помощник анадырского уездного начальника.
В 1909 году был принят закон об админи¬стративном устройстве Приморской области, один из пунктов которого предписывал создание Анадырского и Чукотского уездов в составе Анадырской округи.
Местом пребывания начальника Чукотского уезда первоначально определили бухту Провидения, а в 1912 году управление перевели в Уэлен.
Первым начальником Чукотского уезда барон Клейст. Он курсировал вдоль побережья Чукотки на парусно-моторной шхуне "Северная звезда" со специальной командой.
Правда, толку от этих его поездок было мало. Американцы продолжали вывозить в США пушнину и моржовую кость в боль¬шим количестве.
Помимо уездных управлений на местах была назначена местная власть в лице старост из числа зажиточных чукчей и эскимосов.
И хотя власть местных старост и не рас¬пространялась на большие группы коренно¬го населения, она всё же служила серьёзной поддержкой в проведении политики россий¬ского центра и упрочения влияния русских в этих краях.
Созданием Чукотского уезда, который охватывал восточных чукчей, организацией полицейского надзора, назначением старост в селениях была завершена организация административных учреждений среди чукчей и эскимосов.

СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ЧУКОТКИ В НАЧАЛЕ XX ВЕКА

Исследователь Дальнего Востока и Сибири В.К. Арсеньев, в 1913 году побывавший на Крайнем Севере, назвал Чукотку краем страданий, болезней, нужды. И не мудрено. В ту пору всю Камчатку и Чукотский полуостров обслуживал всего один (!) врач.
Первый врач появился на Чукотке в 1889 году. В последующие 35 лет здесь работало всего девять медработников.
В 1916 году на Чукотке было три фельдшерских пункта: в Ново-Мариинске, Мар¬кове и в бухте Пловер.
На Чукотке, занимавшей территорию почти в 750 тыс. кв. км, было всего два фель¬дшерских пункта, куда врач наведывался один раз в год (!).
Туберкулёз, проказа, трахома, венериче¬ские болезни выкашивали целые стойбища.
Эпидемия оспы унесла четвёртую часть чукчей и эскимосов!
Средняя продолжительность жизни на Крайнем Севере составляла всего... 26 лет.
Особенно высокой была детская смерт¬ность, - из ста младенцев умирали семь¬десят.
По переписи 1909 года в России прожива¬ло всего 1099 эскимосов.
Среди них не было ни одного грамотного.
Из 11795 чукчей грамотными считали себя только... четыре человека!
Из 1099 юкагиров - трое!
В 1914 году Ново-Мариинский пост наво¬днили американские и японские торговцы и рыбопромышленники, и русские купцы.
В посёлке началось строительство скла¬дов и жилья для рабочих. Было построено пять деревянных домов.
Но наиболее комфортабельным жильём являлась палатка. Над одной из палаток был установлен православный крест. А рядом с ней вкопаны два столба с перекладиной, на которой висели небольшие колокола. Это была церковь.
К 1914 году в Ново-Мариинске уже име¬лась метеорологическая наблюдательная будка и местная почтовая контора.
Ещё в 1883 году в Марково была откры¬та первая на Чукотке церковноприходская школа. Учителем в ней был чуванец Афана¬сий Ермилович Дьячков.
Дети, посещавшие её, в течение пяти-ше-сти лет овладевали грамотой, могли читать и писать по-русски За время работы в школе с 1883 по 1907 гг. А. Дьячков обучил грамоте 65 мальчиков и 50 девочек, но детей коренной националь¬ности среди них было очень мало.
Афанасий Ермилович с горечью отмечал в своей книге:
«Школа крайне нуждается в грамотном учителе, потому что с открытием её и по на¬стоящее время учителем состоит не учёный чуванец (А. Дьячков имел в виду себя). Не¬обходим новый училищный дом, так ны¬нешний плохой. Школа нуждается в учебных материалах, исключая книги, которых для классного чтения имеется достаточно.
Более никакого пособия школа не имеет и не пользуется поддержкой как прежних, так и теперешних гижигинских начальников».
Сам Афанасий Ермилович всю свою дея¬тельность, всего себя мобилизовал на препо¬давание в школе.
В 1910 году Приамурский генерал-губернатор обратился в Министерство внутренних дел с предложением открыть школы на Чукотском полуострове в селе Унын (Чаплино) и Уэлен, а «в целях руси¬фикации и просвещения чукчей - опытные станции по оленеводству, собаководству и рыболовству».
Такие школы были открыты только в 1916 году, но занятия в них велись с перебоями, работа в них наладилась лишь в советское время.
В 1913 году на Чукотке побывал инспек¬тор Министерства просвещения царского правительства Олсуфьев.
Побывав в Марковской школе, Олсуфьев не мог не отметить, что «...В Маркове отно¬сительное число грамотных людей довольно значительно. Мало того, анадырцы, напри¬мер, в Колыме, пользуются репутацией лю¬дей с пытливым умом, старающихся раздо¬быться книгами для чтения».
И в то же время он писал: «Марковская школа находится в ведении местного свя¬щенника, миссионера Шипицина. Преподавание в школе продолжается 3-4 месяца в году и то не чаще двух-трёх раз в неделю, причём часть школьных часов тратится на сечение (порку) учеников, не выучивших заданный на дом урок. Бойкие, способные мальчики, проучившись в школе несколько лет, не дошли ещё до слогов».
Камчатский губернатор Монахов, сделав из этого донесения соответствующие выводы, докладывал выше: «Сей народ не спосо¬бен к грамоте».
В 1913 году в Уэлене открылась пер¬вая чукотская школа, но через два года она прекратила работу за отсутствием учителя ■ школьного здания.
Действительно, до установления совет¬ской власти на Чукотке практически не было грамотных людей.
Старую Чукотку неспроста называли краем "белого безмолвия".
Чукотка в прошлом - это край сплошной неграмотности.
До революции здесь было всего три начальные школы с пятью учителями и три фельдшера, наряду с этим - четыре кабака и одиннадцать церквей.
По переписи населения 1926 года грамотных насчитывалось всего... 76 человек!
В 1957 году ветеран советского строительства на Чукотке, жительница Анадыря А.Д. Синицкая вспоминала:
«Не было у нас школы. Шёл уже 1920 год. Поселковый Совет и женотдел решили оборудовать школу в домике, где жили казаки. Но денег на ремонт не было, да и кто даст? Страна-то была бедная, разруха кругом. Взялись мы за ремонт сами, женщины. Мужчины сначала подсмеивались - куда, дескать, бабы бе¬рутся, не сделать!
Но дело шло. Где надо, подлатали домик, по¬клеили. И мужики пришли помогать. Осенью пошли наши ребятишки в школу. И как нам было приятно, что сделали большое дело...».
Ситуация со здравоохранением была ещё хуже.
Американский капитал преследовал далеко идущие цели - вплоть до территори¬ального захвата Чукотки, о чём убедитель¬но свидетельствовала борьба за овладение островом Врангеля.
Созданное в 1902 году «Северо-Восточное Сибирское общество», имевшее исключительное право ведения горных ра¬бот на Чукотке, только формально числи¬лось русским, но фактически же оно ока¬залось филиалом одного из крупнейших американских синдикатов, контролируе¬мых Морганом.
В 1916 году весь торговый оборот на Чу¬котке составлял 1 млн. 177 тыс. руб., из ко¬торых американским фирмам принадлежал 1 млн. 068 тыс. руб.
К началу XX века на территории Чукотки насчитывалось не более 20 селений.
Вся остальная территория была занята кочевьями оленеводов, численность кото¬рых составляла примерно 600-650 стойбищ.
На всей территории по состоянию на 1897 год насчитывалось 12 950 человек коренного населения.
В «Положении об инородцах» было огово¬рено чётко и жёстко: «Туземцы, как не имеющие исторической жизни, обречены в жерт¬ву и должны погибнуть».
Это звучало, как приговор.


АНАДЫРСКИЙ КОМИТЕТ ОБЩЕСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ.

8 марта 1917 года телеграф принёс в Анадырь поступившее из Петропавловска известие о свержении царского самодержавия.
Заведующим радиостанцией был Асаевич. Начальник Анадырского уезда Царего-родцев находился в это время в отъезде.
Асаевич не решился передавать секре¬тарю его канцелярии Оноприенко эту теле¬грамму, опасаясь, что это может привести к волнениям среди населения, которое нена¬видело Царегородцева.
Тогда же в Анадырь пришла ещё одна те¬леграмма - от Петропавловского комитета общественной безопасности, в которой на¬селению Анадырского уезда предлагалось избрать уездный комитет и сохранить власть уездного управления.
В тот же день, 8 марта, состоялось общее собрание граждан Анадыря, население ко¬торого по своему составу было в основном бедняцко-середняцким. После закрытия на¬вигации в посёлке и его окрестностях остава¬лись зимовать около 70 рабочих-старателей.
Много было мелких и средних торговцев, наживавшихся на обмане местного населения.
Сообщение Асаевича о политических из¬менениях в стране и о необходимости орга¬низации местного комитета общественной безопасности собранием было воспринято с восторгом.
Комитет общественной безопасности возглавил Асаевич. Большинство в нём со¬ставили представители трудящихся. Собра¬ние резко возражало против Царегородцева, о чём Асаевич и телеграфировал в Хаба ровск начальнику Приамурского почтово-телеграфного округа.
В это время секретарь канцелярии Оно¬приенко стал лихорадочно уничтожать все документы уезда. Об этом стало известно на¬селению, и по инициативе рабочего П.В. Ка-ширина 12 марта был созван сельский сход, который потребовал от комитета принять необходимые меры.
Асаевич тем временем телеграфировал в Хабаровск о накале ситуации в Анадыре.
Комитет общественной безопасности опе¬чатал кассу сборщика, все дела полицейского управления, казённые экономические склады, что выходило за рамки директив Петропавлов¬ского комитета общественной безопасности.
Однако сам Асаевич, как председатель комитета, инициативы не проявлял, а про¬сил от Хабаровска освободить его от этой должности. Да и само населения Анадыря, видя, что толку от Асаевича на председа¬тельском месте нет никакого, освободило его от этих полномочий и избрало предсе¬дателем русского рабочего Петра Василье¬вича Каширина.
Анадырский Комитет общественной безопасности отстранил от власти Царего¬родцева и других бывших чиновников.
По приезде в Анадырь 25 марта Царего-родцев был отстранён от власти и обыскан. Во время обыска в его чемодане были обна¬ружены три шкурки соболя, которые он по¬хитил из экономического склада.
В его квартире и была устроена канцеля¬рия Комитета общественной безопасности. При проверке финансовой документации было обнаружено, какими махинациями с деньгами занимался Царегородцев и его подельники за счёт трудового народа.
.

ПЁТР ВАСИЛЬЕВИЧ КАШИРИН


Пётр Васильевич Каширин происходил из крестьян Харьковской губернии.
По приезде на Дальний Восток он сначала обосновался в Хабаровске, но, пытая счастье старателя-золотодобытчика, в июне 1913 года приехал на Чукотку, на мыс Дежнёва. Работал у купца Караваева. Около года занимался разведкой месторождений на побережье Северного Ледовитого океана, а затем, прослышав о месторождениях золота в Анадырском уезде, в июне 1914 года прибыл в Анадырь, где в это время экспедиция Вонлярлярского вместе с американскими предпринимателями мыла золото в районе реки Волчьей. Именно там был организован первый на Чукотке золотодобывающий прииск «Дискавери» («Находка»).
Каширин поступил на работу в экспедицию, за¬нявшись разведкой угольных месторождений.
Афера Вонлярлярского с золотом закончи¬лась тем, что, обобрав работавших на него ста¬рателей, он переправил намытый ими золотой песок в количестве порядка 160 кг на Аляску и сам скрылся в неизвестном направлении.
После бегства Вонлярлярского П.В. Каширин жил в Анадырском уезде, перебиваясь случай¬ными заработками, продолжая искать золото. И, судя по всему, небезуспешно. По его сло¬вам, им были найдены богатые россыпи золота и другие ценные металлы.
В этих местах он оставлял тайные знаки с надписью «Проспектор Севера Каширин». А для верности добавлял: «Он же Стивин сын», что впоследствии превратилось в «Стивенсон». Товарищи его так и называли - «Стивенсон».
Летом 1915 года Каширин обратился к при¬амурскому генерал-губернатору Гондатти и в Иркутское горное Управление с просьбой раз¬решить ему проводить разработку разведанных золотоносных площадей. Лишь через год Каширин получил такое разрешение. Однако тут вмешался Царегородцев, который телеграфи¬ровал камчатскому губернатору, что Каширин не тот человек, которому можно доверить такие работы, и разрешение было аннулировано.
П.В. Каширин был человек справедливый и не раз выступал против злоупотреблений власти, за что и находился у неё в немилости, но именно за это обострённое чувство спра¬ведливости и решительность он и был избран председателем Комитета общественной безо¬пасности.
Анадырские торговцы, связанные с Царе-городцевым общими делами, до времени за¬таились и притихли.
Власть в Камчатской области, в которую тогда входил и Чукотский уезд, после фев¬ральской революции сосредоточилась в руках областного комиссара Временного прави¬тельства Емельянова и временного областно¬го Комитета общественной безопасности.
Однако февральская революция практи¬чески ничего не изменила в жизни трудового народа.
29 марта Емельянов направил Царегородцеву телеграмму, в которой подтверждал его полномочия.
Царегородцев стал действовать смелее, но тогда население Анадыря снабдило Каширина дополнительными полномочиями, из¬брав его уездным комиссаром.
2 апреля 1917 года Каширин предложил Царегородцеву продолжать работу, но уже под контролем Комитета.
Как отмечалось 24 июля 1917 года на за¬седании Владивостокского Совета рабочих и солдатских депутатов, на Камчатке «всё оста¬ётся так, как было до переворота, свободы до сих пор ещё фактически нет, во главе стоят бывшие чиновники губернатора..., до сих пор идут там злоупотребления по службе».
В Камчатской области начались стихийные выступления трудящихся, которые требовали упразднения хищнических частных рыбалок, в противном случае угрожали захватить их.
Комиссар Временного правительства на Дальнем Востоке Русанов телеграфировал на Камчатку о недопустимости нарушения частных интересов.

Камчатский областной комиссар и об¬ластной Комитет не поддержали инициати¬вы Анадырского Комитета по устранению от власти бывших чиновников.
Уездным комиссаром Каширин утверж¬дён не был. 25 апреля областной комиссар со¬общил Каширину, что, согласно директивы краевого комиссара Русанова, Царегородцев временно, до приезда уездного комиссара, остаётся начальником уезда.
Торговцы, промышленники и вчерашние чиновники вновь воспрянули духом.
Но Анадырский Комитет безопасности отказался выполнить это требование об¬ластного комиссара.
1 мая 1917 года трудящиеся Анадыря впервые отметили Международный празд¬ник солидарности трудящихся.
«Русский рабочий Каширин, - вспоминала участница тех событий А.Д. Синицкая, -рас¬сказывал нам о празднике 1 Мая, о том, что в этот день перекликаются простые рабо¬чие люди всего мира, как они борются за своё счастье, за хорошую жизнь. Говорили и дру¬гие. Потом с флагами все прошли по посёл¬ку. После митинга началось веселье - бега на оленях и собаках, мужчины затеяли борьбу. Победителям тут же вручали подарки...».
Но из Петропавловска настойчиво про¬должали поступать телеграммы с требова¬нием восстановить Царегородцева в долж¬ности уездного начальника.
Анадырский Комитет не только не под¬чинился этому требованию, но и запретил радиотелеграфной станции принимать теле¬граммы Царегородцева без предварительно¬го разрешения Комитета.
Областной комиссар пригрозил Каширину сообщить о его «вредной деятельности» Временному правительству.
Наконец в начале июня в Анадырь об¬ластным Комитетом был назначен новый уездный комиссар, учитель Сосновский, ко¬торый выехал в Анадырь 30 мая 1917 года.
И всё же его приезд не повлиял на измене¬ние политики уездного Комитета.
Таким образом, Анадырский уездный Коми¬тет общественной безопасности - местный орган власти Временного правительства, возглавляемый рабочим П.В. Кашириным, стал революционно-демократическим орга¬ном власти, близким по своим действиям Со¬ветам периода от Февраля к Октябрю.


Историческая справка
Советы рабочих депутатов возникли в России в период первой Русской революции 1905-1907 гг. Они были созданы в Иваново-Вознесенске, Петербурге, Москве и других населённых пунктах России. Вслед за ними появились Советы солдатских депутатов во Владивостоке, Красноярске, крестьян¬ские комитеты в Саратовской губернии, на Кавказе, в Прибалтийском крае.
С момента своего возникновения Сове¬ты стали массовой формой политической организации трудящихся масс, выражали их интересы, руководили их борьбой. Они избирались своими трудящимися на под¬линно демократической основе. Выбирать и быть избранными в них могли все рабо¬чие предприятия, независимо от пола, на¬циональности, вероисповедания.
Каждый рабочий имел один голос. Пря¬мые выборы проводились по нормам, уста¬новленным самими рабочими.
Депутаты избирались непосредствен¬но на общих собраниях по предприятиям -по цехам, а в некоторых городах - прямо на митингах.
Голосование при выборах депутатов прак¬тиковалось как закрытое, так и открытое.
Порядок выборов и голосования опреде¬лялся самими рабочими.
Советы первоначально создавались как органы руководства стачечной борьбой, однако в ходе стачечных битв они быстро перерастали в органы борьбы с правящим ре¬жимом, боролись за общеполитические цели: за демократическую республику, за всеобщее, равное, прямое и тайное избирательное пра¬во, за восьмичасовой рабочий день.
После Октября 1917 года Советы осу¬ществляли в ряде городов и районов всю полноту государственной власти, сосредо¬тачивали в своих руках всю администра¬тивную и судебную власть, устанавливали контроль над промышленными предприя¬тиями, транспортом, торговлей.
Советы были органом власти, от¬крытым для всех, делающим всё на виду у трудящихся масс, властью, исходящей непосредственно от масс, были прямым и непосредственным органом народных масс и их воли.

ПЕРВЫЙ СЪЕЗД НАСЕЛЕНИЯ

Весной и летом 1917 года Камчатский Комитет развернул работу по созыву первого областного съезда представителей населения. На нём предполагалось избрать постоянный областной Комитет и областного комиссара и обсудить вопросы экономической жизни.
Накануне предстоящего съезда среди трудящихся области усиленную агитационную деятельность развернули монархист Емельянов : правый эсер Лавров.
Пользуясь отсутствием большевистских организаций, они сумели сагитировать пло¬хо разбирающееся в событиях население об¬ласти на свою сторону. Это сказалось на со¬ставе съезда, представлявшего в основном зажиточные слои населения.
19 июня в Анадыре была получена теле¬грамма из Петропавловска, в которой гово¬рилось о необходимости выбрать делегатов от Анадырского уезда на областной съезд, ко¬торый намечалось открыть в середине июля.
21 июня состоялось общее собрание граж¬дан селений Анадыря и Марково под пред¬седательством Каширина. Собрание поста Собрание постановило послать на съезд Каширина вместе с двумя другими делегатами.
23 июня общее собрание граждан селений Анадыря и Марково постановило выслать из
Анадыря под арестом Царегородцева и Оно¬приенко.
8 июля в Петропавловск прибыл пароход с анадырскими делегатами и арестованными.
Каширин знал, что поддержки от област¬ного Комитета не получить, поэтому в Пе¬тропавловске он потребовал от областного Комитета созыва общего собрания граждан города совместно с гражданами Анадырско¬го уезда, прибывшими в Петропавловск.
Выступив на собрании, Каширин расска¬зал о действительной деятельности Царе¬городцева и Оноприенко, а также бывших чиновниках при губернаторе Ковальчука и Клочкова. Он потребовал от имени трудя¬щихся Анадырского уезда отправить их во Владивосток, а письменный материал о них передать Владивостокскому Совету.
Деятели областного Комитета и областной комиссар пытались убедить собрание в беспо¬лезности этого. Но собрание 42 голосами про¬тив 17 поддержало предложение Каширина.
Получив поддержку общегородского со¬брания, Каширин был командирован осталь¬ными делегатами Анадырского уезда во Вла¬дивосток.
24 июля на заседании Владивостокского Совета было заслушано его сообщение о зло¬употреблениях бывших царских чиновников в Анадырском уезде и о засилье их в Камчат¬ской области, в том числе и в Петропавловске.
Владивостокский Совет постановил ор¬ганизовать специальную комиссию для рас¬следования фактов, изложенных Кашири-ным, отстранить от исполнения служебных обязанностей в Петропавловске бывших царских чиновников Клочкова, Ковальчука, Морозова, Леха, Барыкина, Кадышевского, Пименова и других.
Когда Каширин вернулся в Петропав¬ловск, работа съезда уже заканчивалась.
На съезде вне очереди было заслушано со¬общение о постановлении Владивостокского Совета относительно службы царских чи¬новников в Камчатской области. Но те, кто проводил съезд, объявили Каширина прово¬катором и под их влиянием съезд постановил арестовать Каширина. Правда, впоследствии обвинение с него было снято, но последний пароход в Анадырь уже ушёл, и Каширин вы¬нужден был остаться в Петропавловске.
Анадырские торговцы и промышленники ликовали по поводу отъезда Каширина из Анадыря.
«С отъездом Каширина в Анадырском уезде спокойно», - сообщал в Петропавловск уезд¬ный Комитет, руководство которым уже успе¬ли захватить торговцы и промышленники.
Во главе Комитета был поставлен торго¬вец Желтухин, секретарём - бывший секре¬тарь Чукотского полицейского управления Мишин.
...Бывший председатель Анадырского комитета общественной безопасности Пётр Васильевич Каширин был убит в городе Охотске, комендантом которого он был на¬значен советской властью, боевиками воен¬ной экспедиции Бирича-Бочкарёва, которая прибыла из Владивостока, находившегося тогда под оккупацией японских интервен¬тов, пославших русских белогвардейцев в Охотск для ликвидации власти красных и создания на Северо-Востоке России протек¬тората Японии.
Его имя навсегда осталось вписано в слав¬ную и героическую летопись нашего края, как имя человека, положившего свою жизнь за счастье своего народа.

ВСЕОБЩЕЕ РАВНОПРАВИЕ

17 ноября 1917 года была принята «Декларация прав народов Рос¬сии», возвестившая равенство всех народов, отмену всех национальных и национально-религиозных привилегий и ограничений и «свободное развитие национальных мень¬шинств и этнографических групп, населяющих территорию России».
Каждой нации и народности отныне были предоставлены равные права, возможность «свободного развития, обеспечены равные условия, чтобы все могли пользоваться всеми достижениями цивилизации.
Чукчи, коряки и эскимосы, представляв¬шие этнографические группы, и насчиты¬вавшие около 20 тысяч человек, как и все народы советской России, получили равные права. Отныне они могли быть избраны в органы государственной власти, руководить предприятиями, колхозами и т.д., но это было ещё формальным правом, нужны были большие усилия и помощь, чтобы они получили фактическое равенство.
Прежде всего, нужно было ликвидировать сплошную неграмотность, дать народам письменность на их родных языках.

ВЛАСТЬ СОВЕТАМ. АНАДЫРСКИЙ УЕЗДНЫЙ СОВЕТ

7-8 декабря 1917 года в Петропавловске по инициативе большевиков И.Е. Ларина и А.С. Олейника при поддержке большевистски настроенных граждан Л.Ф. Киселёва, A.M. Бычкова, О.А. Картакай и других были организованы выборы в первый Петропавловский городской Совет рабочих и солдатских депутатов.
В марте 1918 года областной Совет разослал директивы на места - уездным и волостным комитетам о реорганизации их в
К этому времени примерно относится и организация Анадырского уездного Совета. Правда, сведений и документов о его деятельности не сохранилось.
Одна из телеграмм, посланных из Анады¬ря в Петропавловск в мае 1918 года, подпи¬сана председателем Анадырского уездного Совета Пчелинцевым, который в феврале 1920 года участвовал в перевороте против Ревкома.
Это позволяет судить о том, что основ¬ной состав Анадырского уездного Совета тоже был контрреволюционным и переиме¬нование Комитета в Совет было чисто фор¬мальным.
Активным советским работником в Пе¬тропавловске был представитель трудя¬щихся Анадырского уезда, член Петропав¬ловского городского, а затем и Камчатского областного Совета Л.Ф. Киселёв.
16 мая областной Совет постановил ко¬мандировать его в Анадырский уезд для по¬мощи трудящимся в организации Советов и разъяснения сущности Советской власти.
Областной Совет постановил взимать налоги с лиц, вывозящих пушнину с терри¬тории Камчатской области. От уплаты на логов освобождались охотники и трудовые кооперативы.
В ночь с 11 на 12 июля в Петропавловске был совершён контрреволюционный пере¬ворот. Активные советские работники были арестованы и высланы во Владивостокскую тюрьму. В их числе был и П.В. Каширин.
По получении известия из Петропав¬ловска о контрреволюционном перевороте 15 июля Анадырский уездный Совет вновь переименовал себя в Комитет.
О его деятельности тоже сохранились лишь отрывочные сведения.
В частности, сообщалось, что член об¬ластного Совета в Анадырском уезде Кисе¬лёв собирает налоги с торговцев, вывозящих пушнину с территории Анадырского уезда.
3 сентября 1918 года на заседании вос¬становленного областного Комитета об¬суждалось сообщение из Анадыря, что Л.Ф. Киселёв продолжает собирать налоги с торговцев.
Областной Комитет обязал Анадырский Комитет арестовать Киселёва, однако сде¬лано этого не было, так как 27 декабря 1918 года на заседании областного Комитета вновь поднимался этот вопрос.
Можно предполагать, что, несмотря на контрреволюционную позицию, занятую Анадырским Комитетом, на местах в Ана¬дырском уезде, как и в ряде других уездов Камчатской области, ещё долгое время продолжали действовать Советы.
В 1919 году Киселёв был убит анадырски¬ми торговцами.

ПЕРВЫЙ РЕВКОМ ЧУКОТКИ.

Летом 1919 года в Анадырь на пароходе «Томск» прибыли представители двух органов власти: Верховного правителя Си¬бири адмирала А.В. Колчака - официально, и власти Советов - инкогнито.
Представители А.В. Колчака были: управ¬ляющий Анадырским уездом Громов, секре¬тарь Толстихин, мировой судья Суздалев, начальник колчаковской милиции Струков и несколько милиционеров.
Член РКП (б) Михаил Сергеевич Мандриков, прибывший под фамилией Безруков, и Август Мартынович Берзинь, прибывший под фамилией Хавеозан.
Но так как его фамилию выговорить - осо¬бенно местному населению - было трудно, поэтому вскоре его начали называть Хван.
В Анадыре Мандриков начал работать за¬ведующим складом, а Берзинь - сторожем в уездном управлении. Затем он устроился на работу в колчаковскую милицию, чтобы изнутри вести агитационную работу среди милиционеров и тем самым облегчить про¬ведение переворота.
Не теряя даром времени, они приступили к организации подпольной группы для подго¬товки установления на Чукотке власти Советов.
К декабрю такая группа была создана.
В канун переворота все участники орга¬низации были разделены на боевые тройки.
Мандриков, Берзинь и Гринчук вошли в тройку, которая должна была арестовать уездное управление.
И в ночь с 15 на 16 декабря Мандриков поднял восстание, арестовав представителей власти Колчака и подняв над зданием уезд¬ного управления красный флаг.
В ту же ночь был создан Первый револю¬ционный комитет Чукотки.
В него вошли: председатель, белорус М.С. Мандриков, секретарь - местный учи¬тель, чуванец Михаил Куркутский, заместитеть секретаря - рабочий, литовец Булат (Булатов), комиссар народной охраны - латыш А.М. Берзинь, комиссар радиостанции - радиотелеграфист, русский Василий Титов.
Кроме них членами Ревкома являлись: американский матрос, норвежец Аренс Волтер, горнорабочий Мефодий Галицкий, горнорабочий, осетин Якуб Мальсагов, рабочий Василий Бучек, рабочий Семён Гринчук, мо¬торист, украинец Игнатий Фесенко, рабочий, житель села Марково Николай Кулиновский.
Активно участвовали в работе Первого Рев¬кома Василий Чекмарёв и рабочий Клещин.


ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ПЕРВОГО РЕВКОМА ЧУКОТКИ.

Первый Ревком обратился к населению Анадырского края с Воззванием:
«Товарищи и граждане Анадырского края!
Рабочие и крестьяне взяли власть для того, чтобы положить конец эксплуатации человека человеком и водворить на земле зна¬мя всеобщего труда.
Только экономическое равенство, когда каждый трудящийся имеет право пользо¬ваться своей долей материальных благ на земле, вдохновляет пролетариат России ве¬сти борьбу со всем спекулятивным миром России...
Только полное уничтожение самой систе¬мы эксплуатации обещает человечеству ис¬тинную свободу, равенство и братство...»
В первые же дни Ревком принял решение о национализации товаров и ценностей наи¬более крупных предпринимателей, действо¬вавших на Чукотке, освободил население от долгов купцам, объявил рыбалки народным достоянием, создал комиссию, которая про¬извела расценку продовольственных товаров.
В удостоверении №14 от 16 декабря 1919 года, выданном комиссару охраны Ревкома A.M. Берзиню, говорилось, что он уполномо¬чен конфисковывать всё имущество и ценно-
Товарнщи далекого Севера, люди голода и холода, к вам мы обращаемся с призывом присоединить свой голос и разум к общему голосу трудящихся России и всего мира.
Да здравствует экономическое равенство!
Долой капиталистов-спекулянтов!
...16 декабря рабочие Анадыря свергли в Анадырском крае ставленников Колчака и объявили власть Совета рабочих депутатов. Цель переворота — оказать моральную поддержку в борьбе товарищам России и Сибири и унич¬тожение частной торговли, заменяемой общест¬венным натуральным обменом...


ВАСИЛИЙ МИХАЙЛОВИЧ ЧЕКМАРЁВ.

Интересна личность и судьба Василия Михайловича Чекмарёва. Это был балтийский матрос, слу-жил в Петрограде, во втором флотском Балтийском экипаже. Несколько раз встречался с В.И. Ле-ниным. Именно Ленин направил его в декабре 1917 года в Кустанай для снабжения Петрограда и фронта хлебом и лично подписал ему мандат:

МАНДАТ
Выдан товарищу Чекмарёву Василию Михайловичу в том, что он действительно является чрезвычайным комиссаром по продовольствию Тургайской области.
Всем Советам, Ревкомам и исполкомам предлагается оказывать всяческое содействие в выполнении возложенных на него обязанностей по доставке хлеба фронту и Петрограду. Что подписью и приложением печати удостоверяется.
Председатель Совета Народных Комиссаров
Подпись В. Ленин

В Кустанае Чекмарёв возглавил Ревком, который и организовал заготовку и отправку хлеба в Петроград.
Именно Ленин направил раненого Чекмарёва на лечение в госпиталь.
Встречался В.М. Чекмарёв с Я.М. Свердловым и с Ф.Э. Дзержинским, который и направил его на работу на Дальний Восток. По его заданию Чекмарёв поехал во Владивосток. Оттуда по заданию Владивостокского Совета депутатов он выехал в Петропавловск, а уже оттуда - на Чукотку.
В Петропавловске Василий Михайлович был назначен командиром партизанского отряда, который повёл борьбу с белогвардейцами.

Затем из Петропавловска его направили в Ново-Мариинский уезд для работы среди рабо¬чих Угольных Копей.
На Чукотку Чекмарёв приехал инкогнито.: Здесь он выезжает в Усть-Белую, где работает простым рабочим на складах у Свенсона.
Одновременно ведёт агитационную работу за новую власть.
В январе 1920 года, когда в Марково приеха¬ли Берзинь, Куркутский и Мальсагов, и там была установлена власть Советов, секретарём Мар¬ковского Совета был избран В.М. Чекмарёв.
Всего на Чукотке В.М. Чекмарёв прожил бо¬лее сорока лет, после чего уехал в гор. Рудный Кустанайской области.

В удостоверении № 14 от 16 декабря 1919 года, выданном комисару охраны Ревкома А.М Берзиню, говорилось, что он уполномочен конфисковать всё имущество и ценности, принадлежавшие коммерсанту Малкову, и подвергнуть его аресту за контрреволюци¬онную деятельность.
Берзиню предоставлялось право и с дру¬гими спекулянтами, которые противились действиям советской власти, поступать как с контрреволюционерами, то есть арестовы¬вать, а их имущество объявлять народным достоянием, присоединяя его к народной продовольственной организации.
Такие же удостоверения были выданы Га-лицкому и Кулиновскому.
Ревком командировал в Усть-Белую Бер-зиня, Куркутского и Мальсагова для проведе¬ния там разъяснительной работы и для созда¬ния в этих сёлах органов власти Советов.
В Гижигу был направлен Чекмарёв.
Советы депутатов были созданы в Марко¬ве, Ерополе, Усть-Белой и у кочевых чукчей по берегам рек Анадырь и Анюй.
Был избран Марковский Совет, его пер¬вым председателем стал Фёдор Дьячков.
Марковский Совет в свою очередь расши¬рил сферу деятельности и направил своих уполномоченных Фому Алина и Фому Шитикова в тундру к кочевым чукчам-оленеводам по рекам Анадырь и Анюй.
В их задачу входило ознакомить тундровое кочевое население с установлением советской власти в Анадыре, Маркове и в других сёлах, рассказать о значении этого события для Чу¬котки, выяснить их отношение к советской власти и создать кочевые Советы в тундре.
28 января из Анадырского уездного Рев¬кома была направлена телеграмма Камчат¬скому областному военревкому об органи¬зации проведения выборов в Анадырский уездный Совет: «Для укрепления революции и установления диктатуры пролетариата Анадырский революционный комитет на¬значает выборы Совета рабочих депутатов Чукотско-Анадырского края по приезде то¬варищей из Маркова.
В момент решительной борьбы за новую жизнь, в интересах всей полноты власти за трудящимися и устранения всякой возмож¬ности восстановления власти эксплуата¬торов или их наёмников, лишаются права участвовать в выборах:
1. лица, служившие в милиции и активно не участвовавшие в местном пролетарском
перевороте;
2. лица, участвовавшие в свержении Сове¬тов, пользующиеся чужим трудом.

Власть должна принадлежать целиком исключительно трудящимся массам. Председатель Мандриков, секретарь Булатов».

_________________
Мария Карпинская, автор проектов "Детское государство", "Мир глазами детей","Новый караванный путь", писатель, поэт, мыслитель, журналист международник. В народе Мария Магдалина, по своим гностическим исследованиям Лилит
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Посетить сайт автора
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов nptm.ru -> Эксклюзив туризм с НПТМ Часовой пояс: GMT
Страница 1 из 1

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Powered by phpBB © 2001, 2005 phpBB Group
Русская поддержка phpBB